В конце августа торговые отношения между США и Канадой испытали очередную «проверку на прочность». После провала очередного раунда двусторонних переговоров Вашингтон ввел 50%-ные импортные пошлины на широкую номенклатуру канадских товаров. Эта мера ранее уже была анонсирована Белым домом, однако была отложена в ожидании достижения двусторонней сделки. После того, как договоренность не была достигнута, несмотря на то, что Канаде, по словам Торгового представителя США Дж.Грира, были предложены «наилучшие условия по сравнению с любым другим крупным торговым партнером Соединенных Штатов», новые пошлины вступили в силу, начиная с 22 августа.
Канадцы не остались в долгу, и 25 августа было объявлено о введении встречных тарифных мер против импорта из США. Пошлины, вступающие в силу 8 сентября, рассчитаны по принципу «доллар за доллар» и должны затронуть американские поставки объемом около 20 млрд. долларов США в год.
Оценивая реальный экономический масштаб состоявшегося «обмена любезностями», обозреватели отмечают, что прямой эффект взаимных импортных пошлин не так уж велик. Так, новые американские меры затрагивают лишь 5,3% канадского импорта в США. Из внушительного списка, состоящего из 554 товарных позиций, 66 видов товаров вообще не поставляются из Канады на американский рынок, а еще по 136 позициям объемы поставок в 2025 году составили менее, чем по 1 млн. долларов США. Однако в отношении отдельных товаров, например, фанеры и других строительных материалов из дерева, отдельных видов молочной продукции, в частности, сывороточных протеинов, новые пошлины могут оказаться достаточно чувствительными как для канадских производителей и экспортеров, так и для американских потребителей, поскольку Канада является основным поставщиком этих товаров на рынок США[1].
Канадцы также не скрывают, что их ответные меры носят «точечный» характер. Так, повышенные импортные тарифы намеренно охватывают некоторые товары, поставляемые в Канаду из тех штатов США, где традиционно высока поддержка Д.Трампа и республиканской партии.
Системный эффект нарастающего напряжения в двусторонних отношениях, тем не менее, достаточно велик.
Во-первых, торговое противостояние с США активно используется канадскими политиками, которые видят в этом сюжете возможность повысить свои рейтинги. Действительно, по сравнению с другими странами, в отношении которых Д.Трамп проводит свою напористую торговую политику, Канада демонстрирует решимость и нежелание «идти на поводу» у могущественного южного соседа – что и было наглядно продемонстрировано в ходе последнего переговорного раунда. Публично заявляется о том, что США серьезно зависят от канадских поставок ряда стратегических товаров – нефти и нефтепродуктов, калийных удобрений, никеля и других видов минерального сырья (характерно, что эти товары не охватываются повышенными импортными пошлинами).
Во-вторых, нестабильность в двусторонних отношениях негативно отражается на экономике всего североамериканского региона, торговые отношения в котором базируются на режиме свободной торговли, закрепленном в соглашении между США, Канадой и Мексикой (USMCA). «Глобальные тарифы», вводимые Д.Трампом, содержат изъятия в отношении товаров, соответствующих критериям USMCA. Однако нынешние меры против Канады применены со ссылкой на раздел 338 Акта США о тарифах, посвященный «дискриминации со стороны третьих стран» и не предусматривающий подобных изъятий.
Но самое главное – импульсивные действия Белого дома создают обстановку недоверия и неопределенности, губительную для эффективного ведения бизнеса по обе стороны американо-канадской границы. Именно представители деловых кругов, как в Канаде, так и в США, в отличие от политиков, пытаются апеллировать к здравому смыслу, указывая на то, что экономики двух стран тесно переплетены друг с другом, и стратегии изоляционизма не только вредны, но и вовсе бессмысленны. Очевидно, однако, что нестабильность в двухсторонних торговых отношениях становится постоянно действующим фактором, влияющим на принятие деловиками стратегических решений.
Известный американский экономист и эксперт по торговой политике Чед Боун идет еще дальше, рассуждая о том, кто на самом деле является главным выгодоприобретателем эскалации торгового конфликта между США и Канадой[2]. Он полагает, что это – Китай, который, дескать, не упускает возможности использовать трения в торговых отношениях между США и их традиционными партнерами в собственных экономических и геополитических интересах. В «нормальном мире», утверждает Ч.Боун, американцы и канадцы, вместо того, чтобы заниматься разборками друг с другом, должны были бы тесно сотрудничать в общих интересах противодействия «китайской экспансии». В противном случае наиболее вероятный сценарий – постепенная потеря канадского рынка для США и замещение на нем американских товаров китайскими. В качестве примера эксперт приводит Австралию, где после сворачивания производства автомобилей крупными западными концернами резко (до одной трети в первом полугодии 2026 года по сравнению с 0,4% в 2017 году) выросла доля китайской продукции. Канадцев, по его словам, можно убедить продолжать покупать американские автомобили, пусть даже они обходятся дороже китайских, при условии, что их производство обеспечивает определенное количество рабочих мест в самой Канаде, причем не только на самих сборочных предприятиях, но и в индустрии частей и компонентов, а также, например, в сталелитейной и алюминиевой промышленности. Если США сознательно лишают северных соседей такой возможности, канадские политики будут более склонны открывать национальный рынок для китайских производителей, особенно в быстро растущем сегменте электромобилей.
Рассуждения Ч.Боуна о том, что тарифная политика Д.Трампа «льет воду на китайскую мельницу», в общем, типичны для нынешнего нарратива дискуссии в американском экспертном сообществе. Однако вполне очевиден и другой вывод: канадско-американский торговый конфликт является еще одним свидетельством попыток нынешней администрации США заменить единую систему многосторонних правил набором индивидуальных двусторонних договоренностей, основанных на признании торговыми партнерами экономического доминирования США и обусловленных степенью их политической лояльности по отношению к Вашингтону. Поэтому в системном плане действия Белого дома следует рассматривать как создающие серьезные риски для всех участников международной торговли, включая Россию.
Дмитрий Лякишев
[1] https://www.bloomberg.com/opinion/articles/2026-08-26/us-canada-tariffs-are-a-sideshow-to-the-real-t...
[2] https://www.nytimes.com/2026/08/26/opinion/us-canada-trade-cars-trucks-china.html
24 авг 2026
24 июл 2026
31 авг 2026
27 авг 2026
